За родную Сумщину!

27-28 июля 2013 года на территории Кролевецкого и Конотопского районов Сумской области была проведена военно-историческая реконструкция событий, которые разворачивались здесь после боёв на Курской Дуге летом 1943-го года.

Мероприятие проходило на реальных местах боевой славы и территориально охватывало театр военных действий протяженностью 35 км – именно отсюда после боёв на Курской Дуге началось освобождение левобережной Украины.

Мероприятие началось 27 июля в 9-00 в городе Кролевец, с показательного боя на окраине. Далее проходила тактика, которая завершилась 28 июля в 12-00 показательным боем в Конотопском районе, на окраине с. Жолдаки, на высоте возле братской могилы советских воинов.

90% пути участников мероприятия были грунтовые дороги. Главной тактической задачей советской стороны было: захват к назначенному времени ключевых точек (мосты, дамбы, населённые пункты), форсирование реки Сейм и захват плацдарма на левом берегу реки для дальнейшего наступления на Конотопском направлении.

Задача германской стороны: сковывание движения Красной Армии, создание опорных пунктов и оборона важных оборонительных обьектов.

Предлагаем вашему вниманию репортаж одного из участников мероприятия.

 

Мы, выстроив события тех лет

В одну тяжелую и боевую строчку

Реконструируем войну: атаки, смерть…

Надеясь в той войне поставить точку

 

Суровый быт, походы, дым сражений,

Мероприятия от лета до зимы.

Все это - клич для новых поколений:

Храните память, как хранили мы!

 

Записки военного корреспондента. Глоток воды из Сейма или Как мы освобождали Сумщину.


Одесский вокзал, пыльный и душный вагон, монотонный стук колес… Наконец-то мы опять смогли сбросить сладкие оковы домашнего уюта: где-то далеко остались мягкий диван, надоевший компьютер, горячая ванна и прочие бытовые радости, делающие нас слабыми, толстыми и ленивыми. Поглощая вкуснейших черноморских сушеных бычков и запивая их холодненьким пивком, мы иронично обсуждаем предстоящий 35-километровый марш (скорее всего, нереальный), форсирование водной преграды (скорее всего, просто приятное купание) и прочие неприятности, которые обещали нам организаторы. Молодые и крепкие ребята, готовые на многие подвиги, мы, все-таки, не знали, с чем нам придется столкнуться в самое ближайшее время…

Ласковое и по-утреннему нежаркое солнышко озарило водную гладь небольшого озерца, на берегу которого происходил сбор реконструкторов. Красноармейцы неторопливо облачались в обмундирование и подгоняли снаряжение, не обращая внимания на местных рыбаков, удивших неподалеку. Прозвучали первые проверочные выстрелы (Гимназист), которые тут же вызвали возмущения одного, видимо, самого сурового рыболова. В ответ на его угрозы самых страшных наказаний и требование предъявить командира, раздался добродушный смех и комментарии красноармейцев, впрочем, совершенно безобидные. Вкусный супчик местной полевой кухни прибавил настроения – позавтракав, мы отправились на регистрацию.

В нескольких сотнях метров начали собираться местные жители – именно там, на противоположном ровном берегу водоема состоится наш первый показательный бой, после которого мы отправимся в долгий походный марш. Наше небольшое отделение, состоящее из морпехов, артиллеристов и пехотинца Одесского клуба «Воинская доблесть» предстало перед грозным взором комвзвода старшины Бондаря, который без промедления раздал каждому по пилюле, прервав высокий полет реконструкторской мысли в наших головах. Устранив недостатки в униформе и снаряжении, мы влились в состав отделения Гордийчука и начали выдвижение к исходной позиции. Для себя я еще дома решил «жечь» по полной программе, нещадно утяжелив себя максимально забитым вещмешком и скаткой шинели. Что из этого получится? Посмотрим.

Первая показуха прошла «на ура», наши подразделения действовали красиво и слаженно, немец был разбит, а зрители остались несказанно довольны. Вскоре после небольшой паузы мы выстроились в походную колонну, и началась настоящая незабываемая реконструкция со всеми ее тяготами и невзгодами…

Первая сотня-вторая метров тут же ознаменовалась нелепой заминкой (их будет еще немало): незнание маршрута и… (собирался написать – плохая подготовка наших командиров к мероприятию и слабое знание топографии, но тут же передумал, испугавшись ужасной кары на ближайшей реконструкции) несогласованность в действиях тут же отразилась на состоянии наших ног. Но на этом этапе сил было еще не меряно и мы, нарезав пару лишних кругов, взяли, наконец, нужное направление, бодренько вышагивая по пыльной грунтовой дороге.

Сказать, что красота природы здесь необычайна – значит, не сказать ничего! Гигантские мачтовые сосны, березовые перелески, сочные луга, пересекаемые живописными речушками с лилиями, и болотцами с кувшинками вызвали не один десяток восхищенных возгласов. Если среди нас были люди, умеющими красиво рисовать, я уверен, они обязательно выразят свои впечатления на куске холста. Фееричные пушистые облака на голубом небе, живописные закаты и рассветы, удивительные деревянные дома в маленьких деревнях с их антуражными колодцами…Я лично уверенно ощущал себя в далеком 43-м, полной грудью вдыхая умопомрачительные запахи полевой травы.

Мои размышления о прекрасном прервали громкие крики в голове колонны: народ ринулся в поле и залег. Оказалось, старшина хотел проверить нас на готовность к воздушной тревоге… Через минуту чистый прекрасный воздух Сумщины разразил недовольный матюк и колонна, построившись, в сопровождении нескольких обозных телег, снова двинулась в путь. Первое боестолкновение с противником произошло в маленькой живописной деревне, стоявшей у нас на пути (кажется, Буйвалово, хотя я могу и ошибиться). Далекие выстрелы вывели нас из состояния монотонности: авангард колонны вступил в бой, а мы быстро подходили к эпицентру боя с целью охватить и уничтожить разрозненные группы врага.

Я действовал в основном составе отделения, мои товарищи-морпехи и артиллеристы получили приказ прикрывать действия пехотного подразделения. Местный дедушка любезно согласился пропустить нас через свой огород, и мы ринулись в обход. Несмотря на умелое и ожесточенное сопротивление немцев, нам удалось его сломить (все-таки, не 41-й год) и вот мы в центре села, разгоряченные небольшой пробежкой. Братская могила. Святое место. Такие мемориалы есть почти в каждом населенном пункте нашей Родины, напоминая нам о тех страшных и кровавых схватках. Трогательная и проникновенная речь старшего лейтенанта Суханова, цветы и хлеб-соль от местных жителей, многочисленные слова благодарности… Я - в салютной команде, с огромным волнением отдаю почести нашим защитникам, сложившим здесь свою молодую голову. Такое не забыть никогда!


После митинга бойцы, перекурив и наполнив фляги из близлежащего колодца, опять образовывают походную колонну. Мы выдвигаемся на маршрут, а местные жители машут нам руками, благодарят и угощают фруктами. Выходим в поле. Медленно начинает подкрадываться липкая усталость, лямки вещмешка, скрутившись в острые веревки, начинают резать плечи. Я в который раз похвалил себя за то, что решил совершить марш в ботинках - страдание моих товарищей, идущих в сапогах, еще раз подтвердили мою правоту. Впрочем, любая обувь, если она правильно подобрана по размеру, не будет вызывать проблем. Плюс умение мотать портянки. Серьезней нужно готовиться, товарищи!

Сколько еще идти? Пять, десять километров? А сколько мы уже прошли? Никто не знает. Ноги, передвигаясь на автомате, поднимают дорожную пыль, вещмешок за спиной камнем тянет вниз, шинельное колючее сукно, плотно прижавшись к щеке, натирает кожу. Винтовка. Куда деть винтовку? Перекидываю через плечо на кавалерийский манер. Так, вроде, полегче. Разговоры утихли, все берегут силы, которые улетучиваются с каждым сказанным словом. Наши медсестрички спрашивают, почему мы не поем. В ответ – тихий истерический смех… Соня. Маленькая мужественная Соня делит с нами все тяготы – такой же тяжелый вещмешок, шинель через плечо, карабин Мосина, сапоги… Как же я теперь могу снять с себя все это и бросить в обоз?! Появляются мысли о бокале холодного пива…

Опять небольшое село. Червоный Ранок. Говорят, что мы уже прошли двадцать-двадцать пять километров. Где-то уже рядом Сейм, на берегу которого мы будем располагаться на ночлег. Новый митинг у «братки». Салютуем. Рядом сельское кладбище, где похоронены советские бойцы и командиры, умершие в близлежащем полевом госпитале. Местная жительница рассказывает, что хоронили их сельские женщины, в том числе и ее мать. Тела каждый день просто привозили и сбрасывали в кучу. А кто будет хоронить? Никого это не волновало… В горле ком.

Последняя возможность наполнить фляги в местных колодцах – дальше только Сейм, однако, не смотря на отсутствие поблизости промышленных предприятий, речную воду никто пить и употреблять в пищу не рискнет. Экология не та, в отличие от 40-х годов! Желанное холодное пиво из местной лавки самым жесточайшим и нечеловеческим образом отменил старшина – мы продолжаем движение, чтобы засветло выйти на берег Сейма.

Впереди, наконец, появились деревья, окутанные легким дымком костров. Пришли!!! Слышен громкий бас дяди Миши, смех разведчиков и саперов. Здесь, в этом лесочке будет наш дом до утра. Располагайтесь, товарищи! В сердце – неугасающее огромное чувство уважения и благодарности к нашим дедам и прадедам – для них такие утомительные марши чаще всего заканчивались не сладостным купанием и комфортным сном, а новым изнуряющим боем, оборудованием оборонительных позиций, смертью…

Как замечательно искупаться в чистой освежающей воде, выпить чайку с дымком и поваляться на мягкой душистой травке! Ужинаем в кругу гостеприимных красноармейцев «Красной Звезды», медленно приводим себя в порядок, восстанавливаем изрядно поредевшие силы. Иду в гости к друзьям из харьковского ВИК «Виктория». Мой легкий и приятный на вкус алкогольный напиток всем поднимает настроение (спасибо, Макс!); вскоре завязался интересный и душевный разговор. Андрюха, Вадим, Леха – привет вам! Порадовали местные ребята, приехавшие с большим куском сала и молоком! На огонек заглянул дядя Миша. Ночь, несмотря на все опасения, оказалась не такой уж и холодной – шинель, теплая и колючая, превратила ночлег под открытым небом в спокойный и комфортный сон.


Лагерь медленно просыпался. С легким туманом ушла и утренняя прохлада, выглянуло воскресное солнце – день обещал быть жарким. Вспоминаю, что скоро форсирование. Немного волнуюсь, так как не являюсь отличным пловцом и очень боюсь подвести своих товарищей. После скомканного скорого завтрака – построение, мы выходим на берег. Сейм! Ласковый приветливый Сейм! Твоя вода сегодня стала еще теплее, и поэтому быстро наполняется купающимися красноармейцами. Единственная резиновая лодка саперов служит переправочным средством для наших вещей и снаряжения. Я в «белухе» плыву рядом, иногда придерживаясь за бортовую веревку импровизированного парома. В голове бьются известные строчки из «Теркина»:

Переправа, переправа!
Берег левый, берег правый,
Снег шершавый, кромка льда…

Кому память, кому слава,
Кому тёмная вода, —
Ни приметы, ни следа…

Я, наконец, выбираюсь на противоположный берег. Хорошее настроение от великолепных пейзажей не могут омрачить даже мысли о предстоящем новом марше. В огромной куче скаток, вещмешков и оружия, нахожу свой хабар, одеваюсь и укрываюсь в тени высоких деревьев. Переправа продолжается, Мухин серьезно утверждает, что апогеем всего этого действа будет переправа «доджа» с Сухановым на борту. Смеемся. Впереди осталось километров десять и финальный показательный бой на окраине с. Жолдаки. Воды осталось – на дне фляги, спасительных для многих телег сегодня уже нет. С сочувствием смотрим на пулеметчиков, приводящих свои «максимы» в походное положение.

Итак, все красноармейцы благополучно переправились, и после небольшого отдыха звучит команда на построение. Колонна вытягивается, и мы начинаем путь. Сегодня уже не так тяжело, особенно после освежающего утреннего купания. Разведчики на мотоциклах вырываются вперед – их задача уберечь головную колонну от губительных засад противника. Ой ли? Начинаются частые заминки с пулеметчиками – Гимназист просит временно заменить своих обессилевших бойцов, тащивших «максимы» прямо на плечах. Добровольцев находится мало, поэтому звучат приказы командиров подразделений.

Воды нет, и не предвидится – впереди ни одного населенного пункта. Охватываю взором бесконечные выгоревшие от солнца поля с перелесками. Моя фляга давно абсолютно пуста. Такая же ситуация у всех. На коротких привалах каждый с надеждой смотрит на товарища, ожидая спасительного глотка. Задаю вопрос старшине Бондарю насчет подвоза питьевой воды тыловыми службами. Ответ бодрый и не оставляющий никаких надежд: «В следующем селе… у немцев во флягах»… Мимо проносится толстый неуклюжий шмель, издавая надрывное жужжание.

Молчаливая и более заметно хромающая колонна продолжает идти под палящим июльским солнцем. Кто-то сзади издевательски размышляет вслух о холодном пиве, холодном арбузе… Стараюсь думать о чем-то другом, но мысли упорно вертятся вокруг запотевшего стакана с водой. Нательная рубаха и гимнастерка на спине насквозь пропитаны потом, по лицу тоже струятся соленые капли. Как быстро меняются ценности! А ведь только вчера я с предельным равнодушием взирал на холодную воду, за которую бы сегодня отдал почти все!

И все мы, черт подери, абсолютно сознательно идем на такие испытания! Отказавшись от домашнего уюта и комфорта цивилизации, мы, взрослые и самодостаточные люди, оставив свои прохладные жилища, семьи и друзей, совершенно добровольно тащим на плечах тяжелые пулеметы, минометы, вещмешки и прочие вещи, изнываем от жажды и жары, до крови натираем ноги, полной грудью вдыхая придорожную пыль. ЗАЧЕМ? У каждого, безусловно, есть свой ответ, но я уверен, что он обязательно будет схож с моим ответом и с ответами других реконструкторов, шагающих сегодня в этой пыльной колонне.

Немцы продолжают беспокоить засадами. На этот раз они подготовились «на отлично» и, если реально смотреть на вещи, раздолбали нас быстро и профессионально с обоих флангов, не оставив никаких шансов выжить. (В этом месте большой булыжник полетел в огород разведчиков и тяжело грохнулся об землю!) «Спасибо» вам, наши глаза и уши! Мимо проехал додж дяди Миши, гремя на всю Сумскую область своим дьявольским ДШК.

Отстреливаясь, мы не прекращаем движения к селу и уже не обращаем внимания на возмущенные возгласы немецких камерадов, которые несколько часов ждали нас в густых зарослях, готовя «свинцовый сюрприз». Но нас торопит командир -  в селе у братской могилы уже несколько часов на жаре нас ждут встречающие люди и гости мероприятия; организаторы удерживают их из последних сил. Тратить сейчас время на игру «в войну» - просто не красиво с нашей стороны.

Подходим к Жолдакам. Голова колонны упирается в небольшую водную преграду, которую командир неизвестно каким образом проигнорировал на топографической карте. Пулеметы уже катят по земле, но мы поочередно переносим их через неровные складки местности. Ох, и тяжелые они, с…ка! Возвращаемся назад. Перед нами ровная дорога, ведущая прямо к финальному месту сражения. Нужно ускорять темп, так как в селе уже начинает завязываться бой нашей ушедшей вперед авангардной колонны с немцами. Прислушиваемся к разговорам радиста из клуба «Рубеж», ведущего сеанс радиосвязи с Сухановым, который уже вступил в бой с главными силами противника в селе. Команда «Шагом марш», и мы начинаем выходить на село, уже охватывая его с левого фланга. Вспомнилась песенка из старого детского фильма «…настоящие мужчины всегда идут в обход». Но что это? Колонна опять остановилась: впереди, вы будете смеяться, - еще одна заболоченная речушка, нагло перегородившая нам путь.

В поисках брода на разведку умчался Гимназист, который быстро вернулся в болоте по пояс. На лице светилась радостная улыбка: «Брод есть!». Мы тревожно смотрим на Леню, угнетенные очень близкой и реальной перспективой напоследок еще изваляться в мокрой и вязкой грязи. Старшина Бондарь, видимо, почувствовав опасную близость бунта, ведет нас назад к дороге. По пути реквизируем мирно пасущуюся лошадь с телегой, на которую взваливаем пулеметы и все свои вещи. Интенсивность стрельбы все нарастает, нашим воюющим товарищам явно не хватало стволов, а мы здесь уже около часа к ним «стремительно спешим»…В итоге по радиостанции приходит весть, что к окончанию боя мы уже не успеваем, а значит, говорит старшина, все останутся живыми и невредимыми.

Последний бросок и мы входим в деревню. Участники финального боя, получив все причитающиеся им лавры победителей, начинают построение у памятника на братской могиле павших советских бойцов. Мы присоединяемся к ним, а многочисленные зрители с интересом разглядывают прибывшее красноармейское пополнение. Даем массовый салют у «братки» и начинаем торжественное построение. Впереди – приветственные речи организаторов, вручение грамот клубам-участникам, раздача сувениров, благодарности местных жителей. Все кончено. Так быстро может заканчиваться только все хорошее и светлое. С огромным удовольствием утоляем жажду и отдыхаем. Дальше нам всем предстоит долгий путь домой, наполненный новыми приключениями. Но это уже совсем другая история…

Вознесенск - Одесса – Кролевец – Конотоп - Вознесенск. 26-29 июля 2013 г.

Для подготовки материала использовались фото авторов mak5im, starleu, nestor, Гимназист, xunxur, orel82, Sophia, Шариков.